Термин «инкогнитология» время от времени используется в различных публикациях. Иногда его интерпретируют как науку об ином (о чужом), иногда как обозначение неизвестных науке и потому пока непознаваемых способностей человека. Здесь будет рассмотрена иная интерпретация этого термина: инкогнитологию предлагается рассматривать как новую научную дисциплину, предмет которой — способы исследования неизвестного. Как будет показано дальше, креативная философия (особый стиль философского мышления) оказывается тесно связанной с инкогнитологией в предложенном понимании.

Все научные дисциплины так или иначе работают на границе известного и неизвестного, расширяя область того, что человечество знает достоверно. Если представить себе «передний край науки» — все те исследования, которые прямо сейчас проводятся учёными — это и поможет очертить предмет исследования инкогнитологии. Инкогнитология трансдисциплинарна по своему генезису. Её цель — исследовать способы (подходы, методы, технологии), которые наиболее успешно позволяют учёным расширять сферу известного. Как будет ясно из дальнейшего, такая иллюстрация предмета инконгитологии является довольно примитивной. Ведь описанная модель исходит из непроизносимой, но подразумеваемой уверенности в том, что вся научная деятельность может быть охвачена одним взглядом. Кроме того, в предложенном описании предмета инкогнитологии предполагается, что реальный мир, изучаемый наукой, может быть описан как целое. Иными словами, предполагается, что о реальном мире можно сказать, каков он есть.

Оба эти тезиса не выдерживают критического взгляда. Не существует такого философа или учёного, который способен охватить единым взглядом всё многообразие сегодняшних научных изысканий. Как писал Бруно Латур, для каждого здания, построенного в мире, нет такой точки, из которой оно может быть видно целиком со всех сторон. То же самое можно сказать о здании науки: оно настолько обширно, многообразно и постоянно изменяемо, что охватить его единым взглядом невозможно. Никлас Луман мог бы назвать такие объекты «сверхкомплексными». Высказывания о реальном мире как о целом, например «Мир полон возможностей» или «В мире всё устроено по одному шаблону», также звучат весьма странно. Если ни один человек не может охватить мир одним взглядом, как можно делать утверждения об этом неохваченном целом?

Эти аргументы заставляют совершенно иначе взглянуть на предмет инкогнитологии как трансдисциплинарной науки о неизвестном. Главной темой инкогнитологии при таком ракурсе рассмотрения становится понимание того, что делает неизвестное неизвестным. В каждом научном исследовании (теперь речь идёт не обо всей науке в целом, а о конкретной точке приложения исследовательских стараний учёного) легко достигается грань, за которой начинается неизвестное. Эта грань не бывает вполне чётко очерчена, и тем не менее, она ощутима. Неизвестное остаётся неизвестным, пока у учёного не построены парадигмы, теории, модели, технологии и инструменты, которые могут сделать его известным. Что-то препятствует учёному в его движении вперёд. Природа этих препятствий может быть чисто когнитивной (когда учёный не может понять и описать нечто, что он наблюдает) или технологической (когда не существует настолько совершенного и тонкого оборудования, с помощью которого можно проверить имеющиеся гипотезы и теории). Учёный-инкогнитолог может выступить компетентным собеседником такого оказавшегося в тупике исследователя, и, возможно, в коммуникации появится идея, которая ранее не приходила в голову учёному. Если инкогнитология бережно соберёт в истории науки все идеи, благодаря которым осуществлялось движение вперёд, выход из многочисленных тупиков, вполне вероятно, в рамках этой дисциплины окажется возможным каким-то образом классифицировать эти идеи, проявить их смысловую структуру. Иными словами, возможно, в рамках инкогнитологии окажется возможным сделать по отношению к оказавшимся в тупике учёным то, что делает ТРИЗ по отношению к оказавшимся в тупике изобретателям, иными словами, — подталкивать учёных к решению проблем, которые они считали нерешаемыми, подсказывая им мыслительные ходы, которые инициировали научные прорывы в прошлом (возможно, в других научных дисциплинах).

Для того, чтобы учёный-инкогнитолог мог осуществлять подобную интеллектуальную поддержку исследований в самых различных сферах научного знания, он должен обладать некоторыми уникальными способностями и компетенциями. Его ум должен быть гибким и креативным, он должен прекрасно знать те моменты в истории различных научных дисциплин, в которых наука двигалась вперёд благодаря ключевым идеям, которые возникали у учёных, глубоко понимать содержание этих идей и структуру мыслительных ходов, которые привели учёных к этим идеям. Учёный-инкогнитолог должен уметь видеть структуру проблемы, с которой столкнулся данный учёный и благодаря широте своего взгляда на историю развития различных научных дисциплин, найти такие мыслительные ходы, которые уже помогли кому-то в прошлом и могут помочь в данной ситуации. Чтобы развить такие компетенции, кроме изучения истории науки, учёный-инкогнитолог должен практиковать особый стиль философского мышления, который можно назвать «креативной философией». Что такое креативная философия? Это стиль мышления, при котором особое внимание уделяется именно креативным переходам философской мысли. Каждый философ является глубоко укоренённым в философской культуре своей эпохи. О чём бы он ни мыслил, он опирается на тексты коллег и предшественников. Креативная философия не отрицает этого. Но для неё особую важность обретают те самостоятельные мыслительные ходы, которые философ делает, опираясь на уже продуманное предшественниками и коллегами. Речь не идёт о «новизне» в диссертационном понимании этого слова. Речь идёт о детальном исследовании творческого импульса, благодаря которому философу удаётся сформулировать новые мысли. Есть и ещё одна составляющая стиля философского мышления, который выше назван креативной философией: непрерывная креативная практика, генерирование и проживание творческих импульсов, самостоятельное движение к новым идеям и к формулированию мыслей, которые ранее не были сформулированы. Практика такого философского мышления способна подготовить учёного-инкогнитолога к решению задач интеллектуальной поддержки учёных, оказавшихся в тупиках, решающих разнообразные головоломки.

Александр Шохов

www.shokhov.com

Post Author: Александр Шохов

(c)Александр Шохов (c)Alexander Shokhov