Меня зовут Пабло Орсентес. И я пишу эти строки, полностью понимая, что и зачем я делаю.

Начну издалека. Дон Кихот когда-то пообещал Санчо Пансе, что обязательно подарит ему целый остров. Когда я читал об этом в школе, понятия не имел, что стану одним из таких счастливчиков. Правда, остров мне не подарили. И он не находится в моей собственности. Но, так уж получилось, что я стал его управляющим. Управляю я, конечно, не самим островом: чем там управлять — сто квадратных километров территории, на которой песчаные пляжи, омываемые почти всегда прохладным морем, горы, и лес, а в лесу – огромные дикие заросли сирени. Поэтому остров и называется сиреневым. Управляю я производственным комплексом, который находится на острове. Впрочем, главная моя задача состоит вовсе не в том, чтобы управлять этим заброшенным на край цивилизации предприятием. Управляя им, я готовлю революции в тех странах, где на них есть спрос. Ну, то есть я – именно тот человек, из-за которого в разных странах мира происходят революции, бунты и восстания. Наверное, Вам интересно, при чем здесь производственный комплекс?

Дело в том, что для революции всегда что-нибудь требуется. Скажем, заказчик начинает революцию, но ему нужны шинели, чтобы одеть будущую революционную армию, кожаные пальто и маузеры для комиссаров. Причем, все это в большом количестве, потому что и революционные солдаты, и комиссары, сами понимаете, материал расходный. И мы выпускаем для заказчика всю эту атрибутику заранее, потому что иначе революция не состоится. Потом историки стыдливо замалчивают ответ на вопрос, откуда вдруг все это взялось в таких количествах.

Чтобы разрушить СССР, потребовалось выпустить за десять лет двадцать миллионов пар очень хороших джинсов и десять миллионов пар замечательных кроссовок, а еще двести тысяч японских телевизоров и столько же – кассетных магнитофонов.

Современным революционерам уже не нужны ни маузеры, ни кожанки, ни кроссовки, им обычно требуются карманные гаджеты.

 

В мой кабинет заглядывает нечесаный и унылый рыжеволосый инженер:

— Пабло, можно тебя отвлечь?

— Конечно, входи.

— Я тут подумал, — говорит инженер, скромно садясь на стул перед моим столом, — подумал, что можно было бы сделать сканер отпечатка пальцев и сканер радужной оболочки на несколько миллиметров тоньше.

— Хорошо. Излагай.

Инженер излагает мне свою идею, связанную с изменением в электронной начинке устройств, которых нам неделю назад заказали по двести миллионов штук, я соглашаюсь, и требую, чтобы завтра он представил мне опытный образец. Инженер уходит. А я возвращаюсь к своему тексту на экране компьютера, и продолжаю печатать.

 

Да, гаджеты являются причиной всех современных революций. В какой-нибудь африканской стране достаточно раздать сто тысяч гаджетов iPhone и столько же iPad – и пожалуйста, случается какая-нибудь очередная «весна», в Украине для оранжевых революционеров в 2004 году мы произвели и раздали полмиллиона смартфонов «O2  XDA IIi». Сегодня Вы уже, наверное, и не помните, что это за гаджет. Однако, все это уже история.

Сейчас мы занимаемся изготовлением двухсот миллионов беспроводных сканеров отпечатков пальцев и такого же количества беспроводных сканеров радужки глаза.

Вы не знаете, как с их помощью сделать революцию? Я расскажу вам. Конечно, это секретная информация. Но у меня есть причины ее разгласить. Дело в том, что я никогда не знаю, для какой именно страны выпускаются гаджеты. И сейчас я не уверен, что мое предположение правильно. Но если мы делаем четыреста миллионов гаджетов для той страны, о которой я думаю, я очень не хочу, чтобы там началась революция. У меня для этого есть глубоко личные причины, там живут мои родители. Мне, в общем, плевать на то, что в этой стране диктатура, я не хочу, чтобы там начали стрелять. Надеюсь, Вы понимаете, о чем я. Публикуя этот файл, я хочу предупредить спецслужбы этой страны об угрозе.

 

— Пабло?

— Да, входи, Мишель.

Входит коммерческий директор, он грузный и слишком потный, даже для него, и это странно, поскольку в наших офисах не бывает жарко.

— Я проходил мимо твоего кабинета, решил лично сообщить новость, — говорит он, тяжело садясь на стул.

— Слушаю.

— Нам проплатили за сканеры. Всю сумму авансом.

— Откуда платеж?

— Кальмановы острова.

— Как обычно, — усмехнулся я. – Ну что ж, у меня для тебя тоже есть новость. Гаджеты будут на несколько миллиметров тоньше.

— Отлично. У тебя сегодня какие планы на вечер?

— Неопределенные, — улыбнулся я.

— Не хочешь поехать в большую сиреневую рощу на пикник? Мы собираемся обычной компанией.

— С удовольствием, — улыбнулся я.

— Тогда увидимся на автостоянке.

— Спасибо, Мишель.

Он ушел. Я вернулся к своему файлу.

 

Как можно сделать революцию с помощью сканеров отпечатков пальцев и сканеров радужки глаз? Технология состоит из четырех шагов:

  1. Эти устройства раздаются в подарок всем пользователям компьютеров через все компьютерные магазины, супермаркеты и другие торговые точки.
  2. Объявляется рекламная акция, для участия в которой надо зарегистрироваться на специально созданном сайте. В акции очень хорошие дорогие призы: дома, квартиры, машины, золото, бриллианты и прочие ценности.
  3. Акция должна стать известна на всю страну, и рекламная кампания должна быть такой, чтобы буквально каждый житель захотел участвовать в этой акции. Идеально, если начнется акция в феврале, а завершится в декабре, накануне рождества и новогодних праздников. Количество зарегистрировавшихся участников должно сравняться с количеством граждан страны. Те, у кого сканеры сломались или потерялись, имеют право получить второй комплект бесплатно. И вот акция завершается, происходит грандиозный розыгрыш призов. Люди счастливы. И начинается самое интересное.
  4. Перед очередными выборами в Парламент страны или очередными выборами первого лица государства пользователям предлагается голосовать за ту или иную политическую силу с помощью сканеров. Это более надежно, чем обычные бумажные бюллетени, проще и выглядит как более честная технология голосования. Правда, это не анонимное голосование. Но зато каждый голос может проверить любой желающий. Согласитесь, это серьезный аргумент в пользу того, что выборы не фальсифицированы.

Вы можете спросить: почему эти четыре шага вдруг сработают как революционная технология? Включите воображение. Представьте, что Вы живете в стране, где у власти диктатор, и он регулярно занимается фальсификацией выборов. В свою пользу, конечно же. Оппозиция возмущается, но сделать ничего не может. Задолго до дня голосования уже готовятся протоколы избирательных комиссий, грузовики с заранее подделанными бюллетенями уже ждут своего часа, центральная избирательная комиссия знает, сколько голосов наберет правящая партия и лично диктатор на следующих выборах, проведена работа с социологическими компаниями, которые будут проводить экзит-полы. Все готово. Подготовлены даже места для сожжения реальных бюллетеней, которые выгружают из урн для голосования на избирательных участках. Подготовлены даже люди, которые будут вбрасывать в урны бюллетени пачками, и потом будут арестованы на глазах у всех. В результате после дня выборов (когда реальные бюллетени сожжены) очень трудно юридически доказать фальсификацию. И никто не знает, как же на самом деле проголосовали избиратели. Приход граждан на избирательные участки становится просто ритуалом, лишенным всякого значения и смысла.

Так вот. Теперь представьте себе, что оппозиция осуществила все описанные выше четыре шага. Что они получают? Правильно! Возможность узнать, как на самом деле проголосовал народ. И, более того, возможность отследить каждый голос. Вы понимаете, что если реально народ проголосовал против диктатора и правящей партии, у диктатора уже нет шансов сохранить власть с помощью хорошо отработанных фальсификаций? И что начинается в стране? Гражданская война. Люди возмутятся. Их возмущение начнут подавлять силами полиции, спецслужб, армии. Но ведь народ уже будет знать правду о выборах. А значит, крах режима и хаос неизбежны. Неизбежны стрельба и гибель людей. А мои родители уже достаточно пожилые люди, и они не хотят уезжать из этой проклятой страны, которая танцует на краю пропасти.

Есть, правда, и обнадеживащая гипотеза. Для оппозиции будет печально, если результаты голосования с помощью сканеров покажут, что народ действительно голосует за диктатора и правящую партию. Но для современных революционеров это означает не поражение, а отсрочку до следующих выборов: ведь у них уже есть инструмент измерения реальных симпатий 100% всего электората. И это не какой-то там социологический опрос, при котором в стране, где живет сотня миллионов граждан, опрашиваются полторы-две тысячи респондентов. Это все 100% избирателей! Имея такой инструмент измерения настроений, можно проводить идеологическую, пропагандистскую работу до тех пор, пока индикаторы не покажут изменение в пользу оппозиции. В итоге на следующие официальные выборы граждане страны вообще могут не пойти. Они проголосуют в интернете с помощью наших сканеров. И все будут видеть реальный голос народа. А потом все равно начнется революционный хаос и стрельба.

Я размещаю этот файл в сети как предупреждение о готовящейся сегодня революции в одной из стран мира с достаточно большим населением. На Сиреневом Острове вот-вот начнется изготовление сканеров, которые будут ввозиться в эту страну. Я уже утвердил дизайн и электронную начинку этих устройств, сырье закуплено, стопроцентная предоплата получена, а значит, заказ обязательно будет выполнен. Но достаточно просто остановить эти сканеры на таможне. И тогда революция не состоится. Надеюсь, спецслужбы всех стран воспримут мою публикацию всерьез, и примут соответствующие меры.

Пабло Орсентес

 

Я сохранил текст, и нажал кнопку «Опубликовать». На сердце сразу полегчало. Напевая себе под нос, я посмотрел почту, подписал пару документов и, взглянув на часы, начал собираться на пикник.

С Мишелем мы встретились на автостоянке.

— Остальные уже уехали, — сказал он, — а я решил тебя дождаться. Поедем на моей машине?

— Поедем, — согласился я. – Только тебе придется меня обратно привезти.

— Не проблема. Это же по пути, — сказал Мишель.

— Ты что-то сегодня сильно потеешь, — сказал я.

— Нездоровится, — буркнул Мишель, располагаясь за рулем.

Мы тронулись с места, выехали за ворота предприятия, и помчались по шоссе. На острове, кроме сотрудников предприятия и их семей, никакого другого населения не было. Я открыл окно. В салон машины ворвался свежий воздух. Через две минуты мы уже свернули с магистрали на дорогу, выложенную брусчаткой, которая вела в большую сиреневую рощу. В середине рощи была оборудована площадка с грилем, и стояло несколько беседок. Мы частенько приезжали сюда попить пива. Я ожидал увидеть нашу обычную компанию. Но на площадке никого не было.

— Ты же сказал, что они уже уехали?

— Наверное, заедут за женами, — сказал Мишель.

— А ты что же свою женушку не позвал? – спросил я.

— Ей тоже нездоровится. Давай пока разожжем гриль. Джордж должен привезти мясо, Маргарет захватит овощи.

Я вышел из машины, Мишель открыл багажник, достал уголь для гриля, розжиг, сложил их на траву у ног. Было прохладно, но не холодно. Недалеко от гриля стоял тепловой экран гиперболической формы, который концентрировал излучаемое грилем тепло, возвращая его людям. Рассматривая его, я почувствовал, что в мою шею уперлось что-то холодное. Я слегка повернулся.

— Не шевелись, — сказал Мишель.

— Ты что? – спросил я.

— Твой файл, который ты сегодня опубликовал, не опубликован, — сказал коммерческий директор. – Кое-кто читал каждое слово, которое появлялось на твоем экране, и этот кое-кто очень недоволен.

— Значит, ты все-таки докладываешь наверх о нашем поведении? – спросил я, пытаясь повернуть голову.

— Ты не понимаешь, — сказал Мишель. – Я зашел убедиться, что это ты сидел за твоим рабочим компьютером. Меня попросили об этом. Потому что начало файла им не понравилось. А когда они прочли конец, то поручили мне убрать тебя. Тихо убрать.

— И что тебя останавливает? – спросил я, разглядывая ветку сирени, качающуюся в полутора метрах от моего лица под легкими порывами ветра.

— Просто хотел все тебе объяснить, — сказал Мишель и нажал на курок.

 

 

 

 

 

© Александр Шохов

www.shokhov.com

 

Post Author: Александр Шохов

(c)Александр Шохов (c)Alexander Shokhov