Предварительные замечания

Новая модель мирового экономического развитияВо времена зарождения капитализма (конец XV, начало XVI веков) экономическое развитие обеспечивалось за счет расширения рынка: захват колоний, получение дешевых ресурсов и расширение рынка сбыта стимулировали развитие экономики наиболее активных государств. Суть внешней политики с XVI по начало XX-го века сводилась к контролю над колониями и к конкуренции между мировыми державами за контроль над океанскими торговыми путями.

Первая и вторая мировые войны были последними глобальными проявлениями этой конкуренции, связанными с тем, что белых пятен на карте мира уже не осталось, и единственным способом захватить новые территории (с новыми ресурсами и рынками сбыта), который могли придумать тогдашние политики, была война за передел мира. В частности, во второй мировой войне, если бы СССР проиграл ее, он стал бы рынком сбыта и источником ресурсов для европейской экономики, то есть сыграл бы роль еще одной колонии.

Однако, после подведения итогов войны в Европе, оказалось, что экономически война невыгодна, кроме того, в войне существует риск оказаться побежденным.

Модель экономического развития, сформировавшаяся после  Второй Мировой войны, состояла в активном использовании кредитных ресурсов и инструментов фондового рынка.

Кредитные схемы позволили экономике развиваться в счет будущих доходов. Инструменты фондового рынка позволили зарабатывать на многочисленных схемах создания виртуальной стоимости (так называемых «пузырях»), увеличивая цены активов без какого-либо соотнесения с их стоимостью в реальной экономике.  После того, как в 1971 году доллар перестал быть привязан к золотому эквиваленту, схемы биржевого заработка стали основным источником доходов финансовых институтов.

Однако, модель экономического развития, основанная на надувании «пузырей» стоимости и на чрезмерном увеличении стоимости некоторых активов, порождала финансовые кризисы. Финансовые кризисы становились экономическими, поскольку они разрушали построенные схемы возврата кредитов, и экономика оказывалась в рецессии.

 

Итак, с начала XVI века до 1980-х годов капиталистическая экономика реализовала две модели развития.

1. Расширение контролируемых территорий, которые играют роль источника дешевых ресурсов и (в дальнейшем) рынка сбыта товаров. Назовем эту модель пространственной.

2. Возможность использовать будущие доходы прямо сейчас, то есть расширение во времени. Назовем эту модель временной.

Первая, пространственная модель не исчезла после Второй мировой войны. В частности, территория СССР стала для капиталистических экономик рынком сбыта после 1991 года.

Кроме того, пространство рынка оказалось по-разному восприимчиво к различным товарам, мода стала определять объем рынка все большего числа товаров и услуг. Таким образом, само представление о пространственной модели развития изменилось, теперь пространство из понятия, тесно соединенного с географией, превратилось в понятие, тесно соединенное с модой, которая определяла объем рынка в значительно большей степени, чем площадь территорий, контролируемых государством, на территории которого зарегистрирован данный бизнес.

Транснациональные корпорации стали захватывать пространство рынка, и делать это более эффективно, чем армии.

Таким образом возникла (и стала активно развиваться с 1980х годов) третья модель развития: инновационная.

3. Инновационная модель развития строится на создании новых товаров, которые становятся модными, популярными и распространяются по пространству капиталистической экономики, одновременно задействуя временную модель развития через кредитные схемы и рост акций успешных инновационных компаний.

Поскольку инновационная модель развития включает в себя пространственную и временную модели развития, она существенно чаще подвергается кризисам: наступает насыщение рынка, смена моды, появляются новые инновации, и одновременно лопаются одни надутые  «пузыри»  на фондовых рынках и зарождаются другие. Фигурально можно сказать, что фондовый рынок в инновационной модели развития пузырится («кипит») значительно сильнее, чем в прежних моделях.

При этом масса кредитных денег в экономике растет, а это, в свою очередь ведет к тому, что все большая и большая часть будущих доходов начинает тратиться прямо сейчас.  В таких условиях единственным эффективным методом стимулирования развития становится понижение кредитной ставки. Понимая, что сегодня брать кредиты выгоднее, чем вчера, люди начинают это делать, и тем самым генерируют новый виток доходов компаний, роста их акций, и новые потребности в кредитных ресурсах. Однако, это понижение кредитной ставки быстро упирается в легко достижимый нулевой предел. Таким образом, третья модель экономического развития в сочетании с первой и второй моделями быстро приводит экономику к пределу, после которого развитие становится логически невозможным.

Тогда вводится еще один стимул экономического развития: им становится выпуск дополнительной денежной массы. Например, печать большого количества долларовых купюр, быстро расходящихся по миру, ведет к повышению покупательной способности и генерирует новый виток доходов компаний. При этом (что удобно) последствия инфляционных процессов распределяются между всеми странами мира. Таким образом, удается продлить работоспособность действующей сегодня экономической модели развития за счет инфляции мировых валют.

Глядя на историю смены экономических моделей развития, можно заметить, что прежние модели не исчезали, а интегрировались в новую. Знание того, какой будет следующая модель экономического развития, является стратегически ценным, поскольку позволяет своевременно перегруппировать имеющиеся ресурсы и активы. Поэтому оставшуюся часть статьи мы посвятим конструированию вариантов новой модели экономического развития.

Варианты новой модели экономического развития

Проблема формулируется следующим образом.

Возможна ли новая модель экономического развития, которая обеспечит устойчивое развитие экономики и лишена недостатков перечисленных выше трех моделей?

Да, разумеется, она возможна. Однако, есть важное условие ее реализуемости. Три экономические модели, описанные выше, реализуются, поскольку основаны на трех движущих мотивах субъектов экономики:

1. Желание получить материальные блага (хочу).

2. Нежелание ждать, когда материальные блага станут доступными (хочу сейчас).

3. Стремление к высокой производительности труда (хочу сейчас и максимум при минимуме временных и финансовых затрат).

Игнорируя эти мотивы, приводящие в движение большие массы людей, задающие приоритеты в их деятельности и ориентиры в их решениях, мы можем строить сколь угодно подробные варианты новой, оптимальной экономической модели, которые будут нереализуемы по той простой причине, что их никто не захочет реализовывать.

 

 

Первый вариант новой модели экономического развития, который мы хотим рассмотреть, – это модель ограничения доходов субъектов экономической деятельности. Она основана на том, что как только цена на некоторый актив начинает превышать его себестоимость в некоторое количество раз, должен происходить регулируемый сброс этого актива, что будет способствовать снижению цены. Эта модель предполагает работу некоего «абсолютно независимого» штаба, который отслеживает динамику стоимости активов и, в случае обнаружения критических величин,  тут же публикует для субъектов рынка информацию, которая приводит к «лопанию» пузырей стоимости до того, как они разрастутся до критических для экономической системы величин. Аналогично как только объем кредитных денег в экономике превышает некоторый предел, должно происходить ограничение кредитного рынка через повышение кредитных ставок и ужесточение условий выдачи кредитов. Это ведет к уменьшению доходов субъектов экономической деятельности, но гарантирует выживание и устойчивое развитие экономической системы в целом.

Иными словами, происходит регулирование и ограничение рыночных механизмов. Однако, этот вариант вступает в очевидный конфликт с перечисленными выше движущими мотивами субъектов экономики.  С другой стороны, этот вариант как бы соответствует их интересам, — ведь отсутствие кризисов в экономическом развитии позволяет строить долгосрочные стратегии.

И тем не менее, поскольку этот вариант сегодня, после кризиса 2008 года не реализован (хотя для этого в каждом государстве существуют все необходимые регулятивные и контролирующие институты), можно предположить, что противоречие интересам субъектов экономической деятельности в данном случае более весомо, чем ожидаемые выгоды от внедрения этого варианта.

 

Второй вариант предполагает полный отказ от кредитно-инфляционной модели экономического развития и переход к инвестиционно-партнерской модели (частично реализованной в исламском банкинге).

Суть этого варианта модели состоит в том, что деятельность всех кредитно-финансовых институтов перестраивается. Вместо кредитования они начинают входить в бизнес компаний в качестве партнеров, вносящих средства в уставной капитал.

Вероятно, поначалу эта модель существенно замедлит темпы экономического развития. Затем, по мере того как финансовые институты научатся быстро различать выгодные и невыгодные проекты, количество партнерских схем начнет расти, и капиталы, предназначенные для развития бизнеса, могут достичь того же порядка величин, что и во второй модели экономического развития, описанной выше.

Позитивным фактором для этого варианта модели экономического развития станет жесткая привязка мировых валют к золотому эквиваленту (то есть золото уже не сможет изменять свою цену относительно мировых валют). Дело в том, что в основе современных методов оценки стоимости активов лежит некое соотношение неопределенностей. В настоящий момент цена активов оценивается, например, в долларах. А цена доллара может быть выражена, например, через другие мировые валюты. То есть валюты привязаны только друг к другу. И ценность данной валюты (например, доллара) определяется не более, чем верой людей в то, что завтра курс доллара по отношению к другим валютам, золоту или иным активам не изменится или вырастет. Повторим еще раз: цена активов выражается в долларах, а цена доллара выражается в степени доверия к доллару, то есть в величине быстро (здесь и сейчас) неизмеримой, а, соответственно, неопределенной.  Это соотношение неопределенностей, являясь фундаментом сегодняшних способов ценообразования активов, в известном смысле, снимает ограничения на надувание «пузырей» стоимости активов, на инфляцию, на объем кредитных денег в экономике.  И, разумеется, устранение этой базовой неопределенности приведет экономику к сценарию более устойчивого развития, что является одним из условий для полного отказа от кредитно-инфляционной модели развития.

Разумеется, так или иначе, этот вариант модели экономического развития замедлит темпы роста экономики. Но зато сделает этот рост долговременным и устойчивым.

Исламский банкинг реализует эту модель, опираясь на жесткий религиозный запрет. Каким образом обосновать введение этой модели экономического развития в неисламских странах, — это задача для политиков и PR-щиков. Однако, вероятнее всего, политики даже не обдумывают эту задачу, поскольку, по моим сведениям, в Европе и США никаких движений в направлении данного варианта модели развития экономики после кризиса 2008 года не наблюдается.

 

Третья модель экономического развития, которую мы хотим рассмотреть в качестве альтернативы – это модель стирания границ (модель глобализации).

Ее суть в том, что за счет стирания границ между экономиками, странами, виртуальной (сетевой) экономикой и реальной, за счет убирания любых запретов и ограничений, таможенных процедур, пошлин и акцизов происходит глобализация обращения товаров и услуг по всему миру. Иными словами, потенциально каждый субъект экономики (частное лицо или компания) может беспрепятственно и быстро (за несколько минут) предложить свои товары и услуги покупателям всего мира.

Эта модель развития экономики основана на том, что для каждого отдельного бизнеса мировой рынок представляет собой практически беспредельную емкость, на которой можно реализовать свои интересы в честной и открытой конкурентной борьбе. Таким образом (с учетом постоянных инноваций), пределов и границ для развития каждого отдельного бизнеса практически нет.  А значит, нет ограничений и для развития экономики.  При беспрепятственном движении информации между субъектами экономики можно получить эффект ограничения раздувания «пузырей» стоимости, который описан в первом варианте новой модели экономического развития. С тем лишь отличием, что роль регулирующего штаба в этом случае будет возложена на всех активных субъектов экономической деятельности, работающих в данном сегменте рынка.

Главная роль в этой модели экономического развития будет принадлежать Интернету. За счет биометрических способов авторизации субъектов экономической деятельности (сканеры радужки глаз, отпечатков пальцев, алгоритмов распознавания голоса) можно получить и эффект, описанный нами во втором варианте модели развития экономики: отказ от кредитной модели развития в пользу партнерского финансового участия частных и юридических лиц в бизнесах, расположенных во всех уголках мира или в виртуальной реальности. В самом деле, зачем брать кредиты, если можно найти через Интернет партнеров?

Этот вариант новой модели экономического развития вполне согласуется с базовыми мотивами субъектов экономики, перечисленными выше. То есть он реализуем.

Однако, в настоящий момент он противоречит интересам политических лидеров государств, которые психологически не смогут отказаться от идеи таможенных границ и не примут идею отсутствия протекционизма.

 

©Александр Шохов

9 августа 2011 года

 

 

 

 

 

Post Author: Александр Шохов

(c)Александр Шохов (c)Alexander Shokhov