Анализ позиции украинского государственного менеджера в вопросах развития экономики

После каждого раунда переговоров с высокопоставленными государственными менеджерами в Украине я испытываю своеобразный культурный шок. Слишком различаются подходы к управлению, которые декларирую я, как консультант по стратегиям развития, и которые разделяются государственными менеджерами Украины. В настоящей публикации я хочу изложить, как я сегодня понимаю разницу этих подходов, при этом я буду намеренно избегать оценочных суждений. Приведенного ниже диалога никогда не было в реальности. Однако, можно сказать, что он составлен из фрагментов нескольких особо впечатливших меня разговоров. 

Действующие лица:

ГМ — Государственный менеджер, один из руководителей области.

КС — консультант по стратегиям развития.

ГМ: — У нас все плохо в экономике, нам нужны новые рабочие места, увеличение поступлений в бюджет… Денег катастрофически ни на что не хватает. Вот, мне тут сделали статистику, смотрите сами: все больше убыточных предприятий, все меньше налоговых поступлений, а социальные расходы растут.

ГМ протягивает статистические данные собеседнику, КС перелистывает отчет.

КС: — А в чем Вы видите причину этой ситуации?

ГМ: — Причина одна — денег нет. Если бы было государственное финансирование, то экономика бы поднялась. А так…

КС: — Я вижу, у Вас в области реализовано четыре инвестиционных проекта. И как они работают?

ГМ: — Плохо. Сахарный завод стоит. Строительный комбинат, сами знаете, сейчас в строительстве кризис. Элеватор, построенный два года назад, не заполнен даже на 20%, а тепличный комплекс еще не достроен: у инвесторов проблемы с финансированием.

КС: — Наверное, Вы делали анализ, почему инвестиционные проекты не очень успешны?

ГМ: — Делаем. Мы в постоянном диалоге с бизнесом, они к нам приходят, мы решаем их вопросы…

КС: — Не думали ли Вы о комплексном подходе к развитию экономики области?

ГМ: — Мы все выступаем за комплексный подход. Это линия правящей партии.

КС: — Я все-таки уточню, что имею в виду, чтобы мы лучше понимали друг друга. Я имею в виду, что, с моей точки зрения Вам, как государственному менеджеру, необходимо:

1) построить систему приоритетов экономического развития, то есть разработать стратегию развития области хотя бы на пять лет вперед;

2) выбрать приоритетные отрасли, которые имеет смысл развивать в ближайшие годы;

3) посчитать экономический эффект от развития приоритетных отраслей, прямой и косвенный;

4) выбрать и подготовить ключевые инвестиционные проекты в приоритетных отраслях;

5) сделать план развития инфраструктуры (дороги, коммуникации), изыскать государственное или частное финансирование для этих работ;

6) продумать льготы и преференции предприятиям в приоритетных отраслях;

7) найти инвесторов и сделать им хорошо просчитанное предложение;

8 ) сформировать эффективные команды, которые будут управлять освоением инвестиций и развитием инвестиционных проектов.

9)…

ГМ (перебивает): — Ну, я в целом согласен. Только слишком уж это абстрактно. Мы сторонники конкретных мер. Вот нам нужна молочная ферма. Еще нам нужно овощехранилище.

КС: — Когда Вы говорите, что Вам это нужно, Вы опираетесь на какие-то расчеты и уверены, что эти предприятия будут успешно работать?

ГМ: — Просто нет у нас молочной фермы. А приезжают люди из крупных компаний, которые говорят, что будут покупать у нас молоко.

КС: — Будут, если оно будет отвечать их требованиям к качеству. Но Вы еще не делали экономических расчетов для молочной фермы?

ГМ: — Нет, пока не делали.

КС: — А для овощехранилища?

ГМ: — Ну раз у нас строится тепличный комплекс, значит, овощехранилище потребуется.

КС: — Мы можем помочь найти финансирование на завершение тепличного комплекса.

ГМ: — Вот это была бы реальная помощь.

КС: — Но я хочу вернуться от конкретного проекта к экономике области в целом. Может быть, у Вас есть план социально-экономического развития, пошаговый с перечнем конкретных шагов и инвестиционных проектов? Может быть, Вы привлекали консультантов, которые Вам разрабатывали такой документ?

ГМ: — Как такового плана нет. У нас же не плановая экономика. Мы за рынок. А что касается консультантов, у нас в бюджете никогда не было средств на консалтинг. Это же выброшенные деньги. Мы и так знаем, что нам нужно делать. Зачем нам советчики, которые делают тут разведку и говорят, что нам делать? Нам нужны люди, которые приведут сюда инвесторов, приведут деньги, построят предприятия.

КС: — Наверное, не открою Вам секрета, если скажу, что инвесторы не очень хотят вкладывать деньги в высокорискованную экономику Украины. Поэтому чтобы они вложили деньги в эту страну, их надо очень аргументированно убедить. Инвесторы не будут вкладывать деньги, если не увидят хорошо посчитанного бизнес-плана. А хорошо посчитанный бизнес-план, если мы говорим о действительно крупном бизнесе, практически нельзя сделать, если он не согласован с планом развития экономики и инфраструктуры области. Дороги и коммуникации инвестор прокладывать не будет. Я могу привести Вам инвесторов. Но я не хочу понапрасну тратить их и свое собственное время на сырые проекты, которые, как ваш сахарный завод и строительный комбинат, будут просто стоять как памятники авторам убыточных бизнесов.

ГМ: — Так подготовьте проекты. Приведите инвесторов. Это же Ваша работа. Мы готовы помочь с решением любых вопросов.

КС: — Уважаемый ГМ! Я готовлю в Вашей области два небольших проекта для получения инвестиций. Мою работу по подготовке этих проектов оплачивают получатели инвестиций. Я не сомневаюсь, что они свои инвестиции получат.

ГМ: — Так в чем же тогда суть нашего разговора?

КС: — Я полагаю, что у Вашей области хороший потенциал развития. И чтобы его реализовать, необходимо разработать программу развития экономики области минимум на пять лет вперед. Я могу разработать такую программу, если Вы найдете источники финансирования моей работы. В процессе разработки программы я подготовлю инвестиционные проекты и найду инвесторов, которые захотят вложить в них деньги. Но, разумеется, ни я, ни моя команда, не готовы делать эту работу бесплатно.

ГМ: — Вы поймите правильно, но за консалтинг мы платить не готовы. Нам не нужен консалтинг. Готовьте проекты, приводите инвесторов. Тут мы поможем, чем сможем. Но покупать консалтинг мы не будем.

***

Комментарий КС о позиции ГМ

С одной стороны, ГМ понимает, что области нужна стратегия экономического развития. С другой стороны, он верит, что государство не должно вмешиваться в экономику и определять ход экономического развития. При этом он жалуется на низкие доходы бюджета и на растущий финансовый объем социальных расходов. С чем связана столь противоречивая позиция ГМ?

По всей видимости, мы имеем дело с последствиями обработки массового сознания, которая была произведена в период горбачевской перестройки (1987-1990). Именно тогда в массовое сознание были внедрены идеи о всемогуществе рыночной экономики, которая сама урегулирует все вопросы, о вреде плановой экономики, о том, что государство — это плохой регулятор и плохой менеджер и о том, что государство не должно вмешиваться в экономику и направлять ее развитие. Любопытно, что наиболее выдающихся экономических результатов добились именно те государства, которые не приняли эти идеи. В Украине сегодня приходится доказывать очевидное: нельзя развивать экономику, не имея плана развития инфраструктуры, не имея представлений о том, какие отрасли экономики необходимо сделать приоритетными в течение ближайших лет.

Сама идея государственного управления развитием экономики в Украине оказалась сильно размытой. С одной стороны, государство вроде бы должно обеспечивать расходную часть бюджета, решая социальные задачи, выплачивая зарплаты бюджетникам (госслужащим, врачам, учителям) и пенсии пенсионерам. В то же время государство фактически отказалось от управления доходами бюджета, рассматривая эту деятельность исключительно как сбор налогов, пошлин, штрафов, — и совершенно самоустраняясь от задачи создания условий для экономического развития страны. Правда, украинское государство создает весьма льготные условия для развития очень крупного бизнеса, тесно связанного с высшим государственным менеджментом, и в последнее время это утверждение стало настолько банальным, что уже даже не приводит ни к каким PR-последствиям. В рамках крупных холдингов и финансово-промышленных групп действуют жесткие правила планирования и персональной ответственности за результат деятельности. В холдинги и ФПГ объединены наиболее прибыльные производственные комплексы и финансовые структуры. Эта часть украинской экономики формирует личные капиталы политической и экономической элиты, она же обеспечивает некоторую часть поступлений в бюджет, но существенно меньшую, чем от доходов физических лиц.

Источник http://minfin.com.ua/blogs/12345/12151/

Большая часть в наполнении бюджета-доходы от физических лиц(прямо или косвенно через потребление), более 206 млрд грн(62%)

43,97 млрд грн(13%)-долги(дефицит бюджета)

41,05 млрд грн(12%)-налог на прибыль предприятий.

Необходимо отметить, что никто не отменял возмещение НДС экспортерам. Таким образом, значительная часть собранного НДС будет возвращена предприятиям, хотя государство всячески оттягивает момент возмещения (в настоящий момент сумма возмещения превысила 25 млрд. гривен).

Но вернемся к позиции нашего ГМ.

Идеи бизнес-планирования, финансового моделирования  отраслей экономики, и экономики области в целом, — вызывают у ГМ стойкое отторжение. Услышав нечто подобное, ГМ начинает говорить о том, что все это — слишком абстрактно, и что он ожидает конкретных шагов. И ведь поскольку ГМ уже давно перестал быть марксистом и никогда не был гегельянцем, с ним невозможно говорить в терминах диалектики, используя понятие восхождения от абстрактного к конкретному. Но ведь, по сути, избегая так называемых «абстрактных» рассуждений и постановки «абстрактных» задач, ГМ тем самым последовательно изгоняет смысл из своей управленческой деятельности (и не только смысл, но и мышление о смысле), а в итоге конкретные шаги, направленные на развитие экономики, будучи лишенными смысла, порождают убыточные бизнес-проекты и только ухудшают ситуацию.

Подчеркну, что размывание смысла управленческой деятельности, о котором идет речь, касается только государственного управления развитием экономики. ГМ не ощущает свою деятельность на государственном посту как разрушенную или дефектную. Напротив, позиция КС кажется ему дефектной: судите сами — этот человек пришел к нему на прием и предложил заплатить денег за то, что он расскажет ГМ, как ему нужно развивать экономику. С точки зрения ГМ он и сам прекрасно знает, как развивать экономику. Это очень просто: надо получить государственное или частное финансирование, построить предприятия, перерезать ленточку и назначить своих людей руководить этими предприятиями.

В логике развития экономики, разделяемой ГМ, полностью отсутствуют  такие понятия как:

1) рынок сбыта (пусть это решает рыночная экономика, которая является универсальным регулятором и самонастраивающимся механизмом);

2) логистика (стоимость доставки сырья до предприятия и продукции до конечного потребителя — это точно не проблема ГМ);

3) финансовая модель деятельности предприятия и бизнес-планирование (ГМ верит, что если предприятие что-то выпускает, то это кто-то купит, вера заменяет ему необходимость считать, более того, математика в этом вопросе его попросту раздражает, — от него же никто не требует эффективной работы предприятий, это вообще не его задача);

4) конкуренция (ГМ может санкционировать решение строить второй сахарный завод рядом с остановленным пару лет назад сахарным заводом, при этом он даже не посмотрит, что в соседних областях успешно работает еще десять сахарных заводов, борющихся друг с другом за сырье);

5) инновационное развитие (ГМ не разбирается в современных технологиях и может одобрить строительство в области предприятия, использующего устаревшие технологии, — и тот факт, что себестоимость продукции при этом оказывается слишком высокой для конкуренции даже не осознается ГМ, он не осознает это как свою проблему).

По сути, ГМ вообще не считает себя обязанным заниматься вопросами комплексного экономического развития. У него масса других задач: своевременно ответить на письма и служебные записки, подготовить необходимые отчеты, правильно сыграть в аппаратную игру, проявив верность и преданность своему патрону… В перечне этих задач комплексное экономическое развитие области оказывается далеко не самым приоритетным процессом.

Как бы странно это ни прозвучало, я вижу главную причину тяжелого и бесперспективного экономического положения Украины в том, что государственные менеджеры мыслят, как это описано выше. Я бы хотел даже усилить это утверждение: государственные менеджеры Украины не осознают того, как они мыслят и какова их позиция в вопросах развития экономики.

Что с этим делать?

Ответ «Ничего не делать» по понятным причинам неприемлем. Украинская экономика в 2010-2011 годах танцует на грани дефолта. И если не будут намечены четкие вектора развития, в стране так и не активизируются силы, которые могут осуществить позитивные тенденции в экономике. А это неизбежно приведет к потере самостоятельной государственности, как только это окажется геополитически выгодным более сильным соседям.

Таким образом, чтобы наметить четкие вектора развития, необходимо работать с мышлением государственных менеджеров и существенно изменять сами подходы к государственному управлению экономическим развитием.

Без формирования развитийного мышления государственных менеджеров инициировать процессы эффективного системного развития экономики Украины невозможно.

Кому это нужно?

Необходимо четко осознавать, что для сегодняшних государственных менеджеров задача развития экономики не является важной, приоритетной и обязательной. И уж тем более для них не является важной задача изменения подходов к государственному управлению развитием экономики. Пожалуй, единственное, что может заставить их изменить приоритеты, — это реальная (а не абстрактная, как в этом тексте) угроза потери государственности. Но нет сомнений, что когда она возникнет, предпринимать что-либо будет уже поздно.

В любом случае во властной элите Украины должен проявиться Субъект, заинтересованный в системном и целостном развитии экономики страны. Без этой точки опоры — без Субъекта, которому это нужно, никакое системное, комплексное развитие невозможно. Ведь персоны, подобные нашему собеседнику ГМ, не станут принимать ответственных личных решений. Им намного проще и комфортнее находиться в позиции исполнителей воли вышестоящих. В этом смысле они не являются субъектами деятельности, они всего лишь функции, исполнители, инструменты. Любое приращение субъектности крайне опасно для их карьеры — вышестоящие обязательно воспримут их самостоятельность как угрозу для себя лично. Поэтому подчиненные с удовольствием играют в игру «я всего лишь исполняю указание вышестоящих, довожу до вышестоящих информацию, но сам решения принимать не намерен». Это еще один весьма примечательный феномен в системе управления развитием экономики Украины. И, конечно, он тоже «абстрактный» (как сказал бы наш ГМ), но эта абстракция порождает множество конкретных решений и весьма осязаемых последствий.  Феномен, о котором идет речь, состоит в том, что во всей иерархии государственного управления менеджеры стараются не принимать решений, а работают всего лишь исполнителями закона, инструкций и приказов. Любая ситуация, выходящая за рамки нормативных документов, требует согласования с вышестоящими. В свою очередь, вышестоящие начальники тоже играют в ту же самую игру. Если им не удается свести ситуацию к стандартной (выбросив из нее все то, что делает ее нетипичной), они также должны согласовывать решение с вышестоящими. Эта лестница ведет на самый верх властной иерархии. По дороге содержание сообщения искажается, иногда до неузнаваемости, но чаще всего сообщение «застревает» на каком-то уровне и больше никуда не движется. Это связано с жестким правилом любых иерархических систем: к своему начальнику необходимо обращаться как можно реже, лучше его вообще не беспокоить, чем реже обращаешься к начальнику, чем меньше проявляешь инициативы, чем меньше сложностей создаешь ему, тем спокойнее будет твоя собственная жизнь и работа. Любопытнее всего, что на самом верху властной иерархии, где люди должны принимать решения, они постоянно находятся в ситуации дефицита времени и информации. То есть они не могут уделить внимание тем вопросам, которые достигают их властных ушей и полностью зависят от ассистентов, которые готовят для них информацию и подготавливают их решения, либо от людей, которые могут «просто зайти» в их кабинет и «правильно преподнести» проблему. Для полноты картины необходимо отметить, что решения, касающиеся развития, обычно (по определению) не бывают типичными и вписывающимися в стандартные ситуации. Соответственно, существующая система управления экономикой такова, что любое системное развитие оказывается невозможным, возможными оказываются только частные («конкретные» по словам ГМ) решения.

Что же изменится, если на самом верху властной иерархии появится Субъект, заинтересованный в системном комплексном развитии экономики? Для этого Субъекта окажется возможным построить систему государственного управления развитием экономики. Прошу читателей не путать систему управления с иерархической лестницей государственных менеджеров. Как Вы могли видеть выше, иерархия может вообще не быть системой управления. Под системой управления развитием экономики, которую можно построить для нашего Субъекта, понимается в первую очередь команда квалифицированных управленцев, способных привнести единую логику в процесс развития экономики страны, поставив соответствующие задачи руководителям областей, отраслей и мэрам городов, не подменяя их собой. В этом случае исполнительность бюрократической машины может стать важным и полезным инструментом развития экономики.

Александр Шохов

www.shokhov.com

 

Прочтено (727) раз